Одна плохая стрижка и я качусь, качусь в адовы ебеня, прямиком в вечную осень, с горочки на велосипеде, встречный ветер размазывает слезы, а окружающий мир с машинками и фонарями выглядит как картина импрессиониста какого-то, не помню какого, потому что я вдруг осознала, что эрудиция, за ненадобностью, у меня отвалилась.
Где-то мои подруги дружат между собой, а я качусь, качусь по темной дороге, из ниоткуда в никуда.
По теории бесконечных вселенных, должна быть вселенная, где я бесконечно счастлива, хотелось бы туда заглянуть хоть одним глазком, чтобы понять, как это выглядит.
Хотя, наверно, в той вселенной бесконено повторяется одна секунда. Передайте женщине соль. Одна секунда абсолютного, чистого счастья, навсегда забытая, стертая из памяти, чтобы оставить место для другой, несомненно ценной информации.
Мне самой смешно от того, как я по-детски несчастна и обижена. Ведь совершенно справедливо, что человек - не нужен никому, никому ничем не обязан, никому ничего не должен и никому не интересен.
О боже, боже, в зеркале столько морщин. Я улыбаюсь и из зеркала не меня смотрят эти складочки и лапки невиданных зверей. Антон говорит, что если бы я жила в древнем Египте, я бы спокойно умывала лицо кровью юных рабынь, в надежде сохранить молодость.
Меня бросает из крайности в крайность. От ощущения собственной молодости до ощущения собственной ветхости за два месяца. С моего лица капает время.
Мой вклад в историю заключается в том, что я не внесу в нее никакого вклада. Оберегаю человечества от тепловой смерти. Разговариваю в голове с воображаемыми собеседниками, делаю воображаемые дела, воображаемо творю и воображаемо созерцаю.
Я никогда не проведу молодые годы в Париже, у меня не будет стройных ног и нормального гардероба, мужчины не будут сходить от меня с ума, дети не будут просить моего автографа на улицах, я не буду путешествовать по миру с лекциями, я даже на горочку заехать, без боли в ногах и груди не смогу никогда.
Почему я решила, что убила в себе какой-то зародыш чего-то прекрасного? Что за мания величия?
Как же я устала от себя, от этих черных рук, которые перехватывают горло, хватаются за ноги и за волосы, мешают двигаться и тыкают лицом в себя саму, как щенка в свежую лужицу.
Парам-пам-пам.
Что-то я это, того, устала и загрустила малость.