Я вообще к себе очень снисходительно отношусь. Прощаю себе периодическую глупость, заснувший инстинкт самосохранения, распущенность, запущенность, ораву вредных привычек и прочие характерные недуги. Все это аргументируется тем, что я не дура, я поэт. Ну, хороша же девочка: сама шутит, сама смеется.
А вот своей безответственности я себе никак не могу простить. Потому что это такая штука, которая, как правило, ставит в неудобное положение не только меня.
Зато я очень ответственно отношусь к своей безответственности. Стараюсь бороться как-то, менять что-то...
Впрочем, это какие-то повадки домового эльфа Добби: сначала ступить, а потом драматично жечь себе руки утюгом и биться головой об пол. У меня, правда, до таких экзистенциальных кризисов дело не доходит. Я же к себе снисходительно отношусь.